Играем с пользой

Применение игры в терапии для диагностики

admin — Mon, 09 Jan 2012 07:12:44 +0000

Клиницисты должны собирать данные, наблюдать, как проблемы выражаются в поведении и как они воздействуют на членов семьи, выдвигать гипотезы о происхождении существующих в семье проблем и причинах их сохранения, разрабатывать клинические методы вмешательства для их разрешения. Когда родители приходят к терапевту, чтобы обсудить с ним проблемное поведение детей, поражает то, что клиницисты часто берутся за терапию с семьей без встречи и общения с ребенком. Часто родителей просят привести ребенка, для того чтобы достаточно формально познакомиться с ним и посмотреть, как он общается с родителями. Потом клиницисты сообщают по секрету, что испытывали дискомфорт во время этой «сложной сессии», так как дети отвлекали и мешали взрослым вести разговор.

Обратившись к семье с просьбой выполнить общее задание (нарисовать картинку или поиграть в настольную игру), терапевт получает возможность наблюдать, что предпринимают родители, как они планируют и организовывают совместную деятельность, какие вербальные и невербальные навыки они используют, насколько честны и справедливы родители и дети по отношению друг к другу, как они преодолевают скуку, ограничения и так далее. Клиницист также может обнаружить проблемы взаимоотношений и зависимости и других аспектов общения.

Совместные детско-родительские сессии

admin — Wed, 04 Jan 2012 06:57:03 +0000

Некоторые терапевты, такие, как Фулуэйлер (Ful-weiler) (Haley & Hoffman, 1967), поощряли участие маленьких детей в совместной детско-родительской сессии, если ребенок был «достаточно взрослым для такого участия», и даже давали рекомендации, как это определить. Большинство терапевтов придерживались субъективных критериев, таких, как: если ребенок может включаться в вербальное общение или если терапевт чувствует себя комфортно в присутствии ребенка. Точка зрения Фулуэйлера, в сущности, отражает мнение большинства, полагающегося на системную теорию семьи, чтобы объяснить исключение из работы маленьких детей. Он полагал, что терапевтическая сессия проходит наиболее эффективно при работе в триадах (комбинация два родителя и ребенок), потому что при сочетаниях больших, чем триады, количество взаимодействий намного превышало способность терапевта наблюдать и реагировать на них.

Зильбах ссылается на статью Монтальво и Хэйли (Montalvo and Haley, 1973) «В защиту детской терапии», где всесторонне обсуждается проблема исключения детей из семейной терапии и семейным терапевтам рекомендуют рассмотреть вопрос о включении игры, поскольку это может способствовать позитивным изменениям как у детей, так и у всей семьи. Джатмен и Вилленью (Guttman, 1975; Villeneuve, 1979) также обсуждали важность участия детей в терапии и говорили о недостатке материалов и описаний методов работы с детьми, подчеркивая необходимость конкретных методик.

Семейная терапия получила импульс к развитию в 1960-е и 1970-е, и я бы хотела рассмотреть некоторые из причин этого. В этот период было разработано много нового в добавление к тому, о чем уже упоминалось выше. Ирвин и Маллой (Irwin and Malloy, 1975), когда писали статью, посвященную семейному интервью с использованием марионеток, заметили, что «семейные терапевты разработали большое количество новаторских техник, направленных на то, чтобы облегчить общение и взаимодействие между членами семьи, которое происходит сразу на нескольких смысловых уровнях». Среди этих техник семейный Роршах, филиальная терапия; объединенные семейные сессии; совместная семейная разработка плана какой-либо деятельности; совместное выполнение задач, в том числе семейная творческая работа; расстановка одним членом семьи всех остальных в сценку, отражающую их отношения; создание всей семьей коллажей, картин или рисунков.

«Барометр» общей семейной динамики

admin — Tue, 03 Jan 2012 08:43:23 +0000

Маленькие дети, которые еще мало знают о защитах семьи, часто «выбалтывают» важные факты, причем никто из членов семьи не наказывает их за это. Более того, наблюдение за реакцией членов семьи на поведение ребенка может послужить хорошим барометром общей семейной динамики. Эти терапевты поддерживают применение некоторых стратегий в семейной терапии с маленькими детьми: использование игровых материалов; позволение детям играть в то время, когда другие члены семьи разговаривают; совместная работа с другим терапевтом, который отвечает за работу с ребенком (или с семьей). Эти предложения не подразумевают применение игры как терапевтического инструмента для взрослых, так же как и для детей. Шэрф и Шэрф также рекомендуют привязывать игровое поведение ребенка к терапии, которая проводится с семьей, например, клиницист просит ребенка доработать рисунок, созданный родителями, или использует результаты детского творчества в качестве материала для семейного обсуждения, или может установить непосредственную связь: «Джонни, по-видимому, нарисовал семейную проблему». Они предостерегают, что такие прямые техники могут казаться угрожающими и оказывающими давление на маленьких детей и, следовательно, могут быть более эффективны для детей старшего возраста. Как пишут Шэрф и Шэрф, игра может стать основной деятельностью в семейной сессии, сфокусированной на детях или когда применяется с целью снижения тревоги и определения семейных реакций на ситуацию, когда детям позволено играть, в то время как другие члены семьи разговаривают.

Широкое обсуждение проводилось относительно использования совместной игровой терапии для детей и родителей. Сафер (Safer, 1965) описывает совместную игровую терапию как вариант семейного лечения, цель которого исправить конфликтное взаимодействие ребенка и родителей. Терапия проводится в обычной игровой комнате, и ребенок выбирает игру, в которой будут участвовать и родители. Цель совместной игровой сессии дать терапевту возможности для определения типовых паттернов взаимодействия и предложить альтернативные. Клиницисты, остающиеся в основном ориентированными на ребенка, наблюдают его игру и интерпретируют ее в контексте семьи. Другими словами, игра «репрезентирует и отражает» дисфункциональные отношения между ребенком и родителями.

Групповая психотерапия

admin — Thu, 29 Dec 2011 13:29:06 +0000

Многие клиницисты стали экспериментировать: они собирали детей в группы, чтобы убедиться, что это имеет потенциал позитивного терапевтического влияния. Шефер (Shaefer, 1980) пишет, что Славсон (Slavson) проводил опыты по групповой работе в 1947 году, он работал с группой дошкольников. Члены группы во время сессий играли, рисовали, лепили таким образом Славсон хотел помочь им «освободиться от эмоционального и физического напряжения». В 1950-м Шиффер (Schiffer) разработал такой метод работы, который стал известен как «терапевтические игровые группы», в них дети могли свободно общаться друг с другом при минимальном вмешательстве со стороны терапевта (Rothenberg & Schiffer, 1996). Согласно Шеферу, в этом направлении терапии уникальным является то, что «ребенок должен научиться делить взрослого с другими детьми». Групповая терапия пользуется в настоящее время популярностью отчасти потому, что она не требует больших усилий со стороны терапевта, к тому же уверенность в эффективности этого метода возрастает. Ялом (1975) отмечает такие многочисленные «целительные» свойства групповой терапии, как внушение надежды, универсальность, сообщение информации, поощрение альтруистического поведения, корректирующий анализ влияния родительской семьи, развитие коммуникативных навыков, имитационное поведение, групповая сплоченность, катарсис и экзистенциальные факторы чувство собственного достоинства и чувство вовлеченности в группу. Крафт (Кгай, 1980) утверждает, что эффективное групповое лечение должно включать в себя следующие элементы:

«Ведущий, предпочтительно с мужчиной и женщиной в качестве терапевтов, способствуют повышению сплоченности группы, определяют групповые цели, показывают, как нужно действовать, сохраняют у группы ориентацию на задачу, служат как образец и репрезентируют систему ценностей. Выполняя эти задачи, лидер может предложить внести ясность в происходящее, проанализировать транзакции, подвести итоги, поделиться собственными ощущениями, проанализировать эмоции других членов группы и время от времени очертить эмоциональное состояние группы на данный момент».

Групповая терапия как терапевтическая стратегия, используемая при работе с детьми, продолжает оставаться популярной и в некоторых случаях является наилучшей альтернативой (Mandell et al, 1990; Johnson, 1993).

Новые формы игровой терапии

admin — Fri, 23 Dec 2011 14:39:37 +0000

После двадцати лет развития семейной терапии работа В. Сатир поставила следующий вопрос: будут ли другие формы игры настолько же эффективны, как и уже разработанные? Витакер, видимо, считал, что это так. Его игровые методы, которые он любя называл «терапия абсурда», состояли из спонтанных игровых провокаций, например, притвориться скучающим во время сеанса или настаивать на том, что семья больше не будет продолжать курс терапии. Но с помощью этих методов он хотел уменьшить сопротивление семьи и добиться желаемой реакции объединения и участия в лечении. В большей степени относящейся к сфере семейной игры и менее сенсационной является работа Витакера в Винсконскинском университете, которая касалась привлечения для участия в сессии расширенного состава семьи.

Хотя Витакер в начале своих экспериментов особо не говорил о роли детей в терапевтической сессии, он был одним из первых, кто стал настаивать на том, что их присутствие необходимо. Вита-керу понадобилось больше десяти лет, чтобы перейти от теории семейной игровой терапии к практике. Так же, как и предшествующие пионеры этого направления, он испытывал сложности в обосновании валидно-сти семейной терапии. Витакер хотел обратить внимание психиатрического общества и убедить в том, что игра должна быть неотъемлемой частью сессии. В 1981 году, получив грант Национального института психического здоровья, Витакер и его коллега Дэвид Кит (David V. Keith) опубликовали работу «Игровая терапия: парадигма для работы с семьями» («Play Therapy: A Paradigm for Work with Families), где в остроумной форме критиковали сопротивление семейной терапии (Keith & Whitaker, 1981).

Перечисляя сходства между игровой и семейной психотерапией, Кит и Витакер (они оба были детскими психиатрами) рассматривают две группы: терапевты, использующие игру в курсе лечения, но не подозревающие о преимуществах работы с семьей в целом, и семейные терапевты, которые не знают о многосторонности игры.